Вильям Гвент: различия между версиями

Материал из ИнранВики
Перейти к:навигация, поиск
(Прошлое)
Строка 14: Строка 14:
 
==Прошлое==
 
==Прошлое==
 
Выдержка из [[:Книга Холмов, роман|Книги Холмов]]:
 
Выдержка из [[:Книга Холмов, роман|Книги Холмов]]:
''Кланы с самого начала жаждали сделать из бедного и заброшенного региона, живущего по неписанным воровским законам и правилам диких племен – приличную и процветающую местность, где сами они, а скорее, их дети и внуки, воссядут на трон уже как короли. И с самого начала с Кланами было несколько особых, ценных людей, которые поверили в бандитскую мечту и сделали многое для того, чтобы она воплотилась в жизнь.  
+
<br>''Кланы с самого начала жаждали сделать из бедного и заброшенного региона, живущего по неписанным воровским законам и правилам диких племен – приличную и процветающую местность, где сами они, а скорее, их дети и внуки, воссядут на трон уже как короли. И с самого начала с Кланами было несколько особых, ценных людей, которые поверили в бандитскую мечту и сделали многое для того, чтобы она воплотилась в жизнь.  
 
Одним из этих людей стал девятнадцатилетний Вильям Гвент. Безбашенный юноша, падкий на все новое и яркое, он оценивал каждую авантюру по степени безумности и риска: чем безумнее, тем лучше. О похождениях Гвента и его аферах ходили легенды, много раз он бывал при смерти, шесть раз умирал и был оживлен, и всего-то трижды рабом на цепи или заключенным в кандалах. Но из любой западни веселый Вильям выходил с выгодой, так что довольно скоро пройдоха и дипломат стал одним из тех, кто воссоздал теневую сеть Мэннивея, и включил ее в общее полотно контрабанды и открытой торговли, протянувшееся через весь материк.
 
Одним из этих людей стал девятнадцатилетний Вильям Гвент. Безбашенный юноша, падкий на все новое и яркое, он оценивал каждую авантюру по степени безумности и риска: чем безумнее, тем лучше. О похождениях Гвента и его аферах ходили легенды, много раз он бывал при смерти, шесть раз умирал и был оживлен, и всего-то трижды рабом на цепи или заключенным в кандалах. Но из любой западни веселый Вильям выходил с выгодой, так что довольно скоро пройдоха и дипломат стал одним из тех, кто воссоздал теневую сеть Мэннивея, и включил ее в общее полотно контрабанды и открытой торговли, протянувшееся через весь материк.
 
Не прошло и пары лет с тех пор, как Гвент стал одним из доверенных в Кланах людей и начал ворочать деньгами и товарами, когда он внезапно придумал и по-быстрому создал Холмовладение. Именно он подсказал Кланам, что стоящие в их ведении обременительные, неизведанные и опасные Холмы можно спихнуть на тех, кто вызовется головой отвечать за порядок. И платить этим новоявленным смотрителям жалование из немалых доходов с торговли. Кланы решили попробовать его подход, хотя желавших присмотреть за могилами и тюрьмами низвергнутых владык прошлого – оказалось, ясное дело, немного. Но Гвент, в отличие от остальных, понимал, что на самом деле древние захоронения не только обуза, но и источники будущей прибыли и влияния. Он первым получил во владение тринадцать Холмов и стал властелином темных властелинов, тюремщиком низвергнутых, торгашом великими и могильщиком погребенных. Как его только не называла народная молва. Но очень скоро, получив в управительство Холмы, Вильям обогатился еще и на них.  
 
Не прошло и пары лет с тех пор, как Гвент стал одним из доверенных в Кланах людей и начал ворочать деньгами и товарами, когда он внезапно придумал и по-быстрому создал Холмовладение. Именно он подсказал Кланам, что стоящие в их ведении обременительные, неизведанные и опасные Холмы можно спихнуть на тех, кто вызовется головой отвечать за порядок. И платить этим новоявленным смотрителям жалование из немалых доходов с торговли. Кланы решили попробовать его подход, хотя желавших присмотреть за могилами и тюрьмами низвергнутых владык прошлого – оказалось, ясное дело, немного. Но Гвент, в отличие от остальных, понимал, что на самом деле древние захоронения не только обуза, но и источники будущей прибыли и влияния. Он первым получил во владение тринадцать Холмов и стал властелином темных властелинов, тюремщиком низвергнутых, торгашом великими и могильщиком погребенных. Как его только не называла народная молва. Но очень скоро, получив в управительство Холмы, Вильям обогатился еще и на них.  
 
Сначала он устроил всемирный аукцион, на котором распродал артефакты великих владык прошлого. Шороху было на все королевства, как же он их достал?! Сквозь великую и нерушимую Охранную сеть, сквозь Обелиски, через волю Хранителей, через силу самих низвергов, ненавидящих род людской и жаждущих любой, самой крохотной возможности, чтобы отомстить! Ведь многие искатели наживы пытались пробиться в Холмы, но добились лишь положения хрустящих под ногами путника истлевших костей. Слишком сильны защиты, слишком страшны Хранители, слишком много опасностей в древней земле! Но, как выяснилось, за дело просто не брался Вильям Гвент.
 
Сначала он устроил всемирный аукцион, на котором распродал артефакты великих владык прошлого. Шороху было на все королевства, как же он их достал?! Сквозь великую и нерушимую Охранную сеть, сквозь Обелиски, через волю Хранителей, через силу самих низвергов, ненавидящих род людской и жаждущих любой, самой крохотной возможности, чтобы отомстить! Ведь многие искатели наживы пытались пробиться в Холмы, но добились лишь положения хрустящих под ногами путника истлевших костей. Слишком сильны защиты, слишком страшны Хранители, слишком много опасностей в древней земле! Но, как выяснилось, за дело просто не брался Вильям Гвент.
 
Первый холмовладелец процветал. Он извлекал прибыль из всего, к чему прикасался, как будто руки у него были зачарованы, и то, что он тронет, превращалось в тильсу или, на худой конец, в золото. Все страшные, опасные и бедственные черты региона он умудрился не тащить непосильным грузом на согнутом горбу, а обернуть себе на пользу.''
 
Первый холмовладелец процветал. Он извлекал прибыль из всего, к чему прикасался, как будто руки у него были зачарованы, и то, что он тронет, превращалось в тильсу или, на худой конец, в золото. Все страшные, опасные и бедственные черты региона он умудрился не тащить непосильным грузом на согнутом горбу, а обернуть себе на пользу.''

Версия 23:14, 28 сентября 2015

Вильям Гвент, он же Старик — богатейший человек Мэннивея, его состояние превышает состояние любого из Кланов, хотя уступает их совокупному. Рыбовладелец, мельничный хозяин и холмовладелец. Олигарх с характером и ценностями Скруджа, но едким юмором и издевкой. Значение имеет только бизнес, только чтобы "колеса крутились". Владеет мельницами на Тепре, тремя рыбацкими поселками, шестью Холмами, среди которых и Семидесятый.

Имущество Вильяма Гвента

  • Поселение Землец.
  • Поселение Рыбл.
  • Холмы: 14, 54, 70 и т.д.
  • Санаторий "Ключи" в Кронском лесу.
  • постоялый двор "Лебединое перо" в Гластоне.
  • ресторан "Одалиска" в Гершине, с элитным борделем очень строгих правил и малого числа куртизанок.
  • Кузня и скорняжная мастерская в Товарняке в Мэннивее.
  • трактир "Третья ночь" в Едово в Мэннивее: каждая четвертая ночь бесплатно. Сначала была каждая третья, но оказалось невыгодно, сделали каждую четвертую, но название уже не меняли.

Прошлое

Выдержка из Книги Холмов:
Кланы с самого начала жаждали сделать из бедного и заброшенного региона, живущего по неписанным воровским законам и правилам диких племен – приличную и процветающую местность, где сами они, а скорее, их дети и внуки, воссядут на трон уже как короли. И с самого начала с Кланами было несколько особых, ценных людей, которые поверили в бандитскую мечту и сделали многое для того, чтобы она воплотилась в жизнь. Одним из этих людей стал девятнадцатилетний Вильям Гвент. Безбашенный юноша, падкий на все новое и яркое, он оценивал каждую авантюру по степени безумности и риска: чем безумнее, тем лучше. О похождениях Гвента и его аферах ходили легенды, много раз он бывал при смерти, шесть раз умирал и был оживлен, и всего-то трижды рабом на цепи или заключенным в кандалах. Но из любой западни веселый Вильям выходил с выгодой, так что довольно скоро пройдоха и дипломат стал одним из тех, кто воссоздал теневую сеть Мэннивея, и включил ее в общее полотно контрабанды и открытой торговли, протянувшееся через весь материк. Не прошло и пары лет с тех пор, как Гвент стал одним из доверенных в Кланах людей и начал ворочать деньгами и товарами, когда он внезапно придумал и по-быстрому создал Холмовладение. Именно он подсказал Кланам, что стоящие в их ведении обременительные, неизведанные и опасные Холмы можно спихнуть на тех, кто вызовется головой отвечать за порядок. И платить этим новоявленным смотрителям жалование из немалых доходов с торговли. Кланы решили попробовать его подход, хотя желавших присмотреть за могилами и тюрьмами низвергнутых владык прошлого – оказалось, ясное дело, немного. Но Гвент, в отличие от остальных, понимал, что на самом деле древние захоронения не только обуза, но и источники будущей прибыли и влияния. Он первым получил во владение тринадцать Холмов и стал властелином темных властелинов, тюремщиком низвергнутых, торгашом великими и могильщиком погребенных. Как его только не называла народная молва. Но очень скоро, получив в управительство Холмы, Вильям обогатился еще и на них. Сначала он устроил всемирный аукцион, на котором распродал артефакты великих владык прошлого. Шороху было на все королевства, как же он их достал?! Сквозь великую и нерушимую Охранную сеть, сквозь Обелиски, через волю Хранителей, через силу самих низвергов, ненавидящих род людской и жаждущих любой, самой крохотной возможности, чтобы отомстить! Ведь многие искатели наживы пытались пробиться в Холмы, но добились лишь положения хрустящих под ногами путника истлевших костей. Слишком сильны защиты, слишком страшны Хранители, слишком много опасностей в древней земле! Но, как выяснилось, за дело просто не брался Вильям Гвент. Первый холмовладелец процветал. Он извлекал прибыль из всего, к чему прикасался, как будто руки у него были зачарованы, и то, что он тронет, превращалось в тильсу или, на худой конец, в золото. Все страшные, опасные и бедственные черты региона он умудрился не тащить непосильным грузом на согнутом горбу, а обернуть себе на пользу.